Памяти Зельмана Ваксмана (Selman Waksman): черта оседлости, личность и открытие стрептомицина

страницы: 51-55

Э.М. Ходош, к.м.н., доцент Харьковская медицинская академия последипломного образования, G. Gyrariy, John Carroll University (USA), Е.Э. Ходош Негосударственная стоматологическая клиника

Hodosh_9-10_2010.gifУкраина и США дали мировому естествознанию непревзойденного по складу мышления и научной целеустремленности ученого. И это не случайно. Не случайно, что тоталитарная царская империя с дискриминационной чертой оседлости, в которой «ремесла» и работа научного обобщения были крайне затруднены, не смогла ограничить талант в образовательном движении вперед и заложила фундаментальность будущего ученого, способного учитывать эмпирические, временные и личные комбинации развития и делать их исходными пунктами в исследовательском действии. Нельзя забывать, что для царской империи это были годы, на которые уже упала тень социал-демократического движения. С другой стороны, США с ее высоким уровнем материально-технического развития, свободой научного поиска и отсутствием черты оседлости (сегрегации) для «бледнолицых» способствовала раскрытию несравненной способности выделять из эмпирического хаоса микробиологической истории ее основные пути.
Придерживаясь исторической истины, следует напомнить, что черта оседлости возвышалась над политическим и социальным небосклоном Царской империи со времен Екатерины II. «Черта» характеризовалась принудительным постоянным пребыванием лица в определенной местности, что свидетельствовало о наличии у него прочных хозяйственно-бытовых связей с нею. Чертой оседлости в России в 1791-1917 гг. называлась граница территории, за пределами которой не разрешалось постоянно проживать евреям, за исключением нескольких категорий, в которые в разное время входили, например, купцы первой гильдии, лица с высшим образованием, зарегистрированные проститутки, отслужившие рекруты, караимы. Черта оседлости охватывала 15 губерний Польши, Литвы, Белоруссии, Бессарабии, Курляндии, большей части Украины (Малороссии), Кавказа, Средней Азии [1] и представляла собой населенные пункты городского типа (местечки).
Предки большинства еврейского населения, которое проживало и еще проживает в Украине, попали сюда из Германии через Речь Посполитую (1569-1795). Отсюда преимущественно немецкое происхождение фамилий, в частности Ваксман, что означает «восковый человек» и по всей вероятности указывает на род занятий (литье воска или торговля свечками). Славяноязычная интерпретация этой фамилии – Воскобойников.
Вполне естественно, судьба евреев в царской России в значительной мере определялась такой вот «чертой оседлости». Правда, она являлась достаточно условной. Александр I и Николай I несколько раз то расширяли ее границы, то сужали. При сужении некоторые еврейские семейства, не желавшие тесниться в жалких местечках, подавались на юг, как сказали бы в советское время – на «целинные земли». Царское правительство в XIX в. поощряло заселение плодородных и неплодородных земель на Юге и Юго-Западе империи, где кроме русских, украинцев, греков, болгар и др. национальностей оказалось огромное количество еврейских поселенцев и колонистов. Это было не совсем обычным явлением, потому что евреи ранее очень редко занимались земледелием и животноводством. Семья Ваксманов, в которой родился будущий Нобелевский лауреат, создатель стрептомицина, эритромицина, неомицина, кандицина, понятий антибиоз и антибиотик, представляла собой выходцев из обычного еврейского местечка, такой вот черты оседлости.
22 июля 1888 г. в маленьком украинском селе Нова Прилука Киевской губернии (ныне Липовецкий район Винницкой обл.) родился Зельман Абрахам Ваксман (Зиновий Яковлевич Ваксман). Местечковое окружение первых лет жизни, вполне понятно, не способствовало формированию в мальчике качеств «первооткрывателя». Его детство прошло в стороне от микробиологической и бактериологической столбовой дороги – вне крупных университетских центров, без связи с людьми научного мира.
Отец Зельмана – Янкель (Якоб) имел скромный готельный бизнес, арендовал несколько сот десятин земли, был единственным грамотным среди Ваксманов, согласно переписи, неудачником в бизнесе и, как впоследствии говорил сам З. Ваксман, добрым человеком. Семья не отличалась ни особым благополучием, ни привилегированным общественным положением, хотя ее члены не испытывали особого материального затруднения благодаря предприимчивости матери будущего первооткрывателя стрептомицина – Фради (Фриды, Фредии Лондон) Ваксман [2-7].
По инициативе матери в пятилетнем возрасте Зельман начал изучать Библию, Талмуд и различные религиозные истории о благочестивых евреях, хотя в материалах переписи 1897 г. указывалось, что восьмилетний на то время мальчик читать не умел [2, 5]. Одному небу известно, почему мать Зельмана – плоть и кровь черты оседлости – не стремилась замкнуть своего сына в узком местечковом мирке, столь блистательно описанном Шолом-Алейхемом. Будучи волевым, энергичным и прозорливым человеком, она делала все от нее зависящее, чтобы дать сыну возможность получить лучшее образование, воспитать в нем стремление к разрешению трудных задач. Возможно, поэтому не имеющая за плечами школы Фрадя Зельмановна, осознавая ограниченность деревенского образования, стала нанимать из Винницы частных репетиторов, которые обучали ее сына истории, математике, географии, русскому, немецкому и французскому языкам. Известно, что именно Фрадя Ваксман, разъезжавшая по делам бизнеса в Винницу, Бердичев и другие, более крупные города, приобретала любимому сыну книги, которые он страстно читал. Любовь и преданность своей маме Зельман Ваксман пронес через всю свою жизнь. В последующем он назвал в ее честь один из созданных им антибиотиков – fradicin.
Зельман был способным ребенком, успешно учился в хедере. С 10 лет его стали привлекать к обучению других, менее способных детей, а в подростковом возрасте он организовал школу для малообеспеченных детей-односельчан [2, 5].
Гимназическое образование Зельман продолжил в Виннице, однако в программу гимназии не входило изучение латинского языка, который был в то время обязательным для поступления в высшие учебные заведения. Латинскому языку обучали в Житомирской гимназии. При сдаче экзамена в 1907 г. он провалился, не ответив на вопрос, какая река течет через Берлин. Нетрудно понять, что умы Фради и ее сына не были чужды явлениям внешнего мира, поэтому они не пришли в полное замешательство, как только этот мир властно вторгся в их жизнь. После двух лет тщательной подготовки в 1909 г. Зельман Ваксман в Одессе успешно сдал экзамены за 5 классов, а в следующем году – за полный курс гимназии.
В том же 1909 г. в Киевской больнице от кишечной непроходимости умерла Фрадя Зельмановна, однако ее усилия по воспитанию ярко выраженного интеллекта, оплодотворенного искусством исторического исследования, не прошли даром. Более того, Зельман не привык напрасно сетовать по поводу жизненных неурядиц. Кажется безумием в его случае пытаться продолжить образование в России, где все университеты принимали евреев лишь с золотой или серебряной медалью. В то же время, после завершения образования в таком же университете Европы необходимо было вернуться в Российскую «тюрьму народов». Перспектива была малоутешительной, тем не менее, Зельман начал предпринимать первые попытки в поисках места учебы, так как уже в те годы хотел изучать химические процессы, происходящие в живых организмах. Он отправил заявление в политехнический университет Цюриха, откуда в скором времени получил приглашение. Однако возвращение в Россию опять-таки не сулило прав, работы, перспективы и свободы [5].
Не складывались и внутрисемейные отношения, так как отец после смерти матери быстро женился. Все это вместе взятое было «похоронами» таившихся надежд, которые ярким пламенем вспыхивали в душе и мыслях молодого человека. Его короткий жизненный опыт определил глубокие убеждения и стойкость взглядов.
Анализируя сложившуюся ситуацию, З. Ваксман решает в интересах будущего во что бы то ни стало эмигрировать из страны, поэтому принимает приглашение двоюродных братьев и сестер из США. Раздав друзьям свою библиотеку, в октябре 1910 г. никому не известный прилучанин с четырьмя другими эмигрантами сел в поезд, направляющийся к немецкой границе. Ему предстояла долгая дорога за океан в Северо-Американские Соединенные Штаты. Жизненный путь его был предопределен.
Нетрудно понять, что в США он ехал с тяжелым сердцем. Но риск эмиграции для него был невелик, так как его ждали не только родственники, но и истинные друзья. И действительно, в США З. Ваксману не пришлось с целью выживания работать ни портовым рабочим, ни официантом, ни носильщиком и т.д., он смог сразу посвятить себя изучению естественных наук, но не бактериологии и медицины, как это можно было предположить, исходя из его дальнейшей научной деятельности, а изучению почвы, ее плодородия. «Конечно, – сказал он однажды, много лет спустя, – именно об украинском черноземе я всегда думал. Я не забывал о нем ни в Одессе, ни в американском колледже, ни в университете. Как можно было бы забыть о нем?»
В США во время учебы он жил недалеко от сельскохозяйственного колледжа Рутгерского университета, на ферме родственников в Метьючени, приблизительно в 10 милях от Нью-Брансуика (штат Нью-Джерси). Много лет спустя З. Ваксман писал, что «…жизнь на ферме вселяла желание выяснить химические и биологические механизмы земледелия и его основные принципы. Рядом с землей я решил искать ответ на многочисленные вопросы о цикличности жизни в природе, которые стали вставать передо мной». В Рутгерский университет он поступил в 1911 г., а в 1915 г. З. Ваксман получил звание бакалавра и стал ассистентом-исследователем сельскохозяйственной исследовательской станции в Нью-Джерси – учреждения, где он провел всю свою научную жизнь. В том же 1915 г. он стал гражданином США. В 1918 г. З. Ваксман окончил Калифорнийский университет (Беркли).
Уже в 1912 г. в журнале «The Rural New Yorker» появляется его первая статья «Как я выращиваю кур». Тема магистерской диссертации Ваксмана касалась перечня и комбинации всевозможных микроорганизмов, которые определялись в различных слоях почвы. Первая публичная речь З. Ваксмана в соавторстве с Р.Е. Куртисом имела название «Бактерии, актиномицеты и грибы почвы». Сообщение было сделано на заседании Сообщества американских бактериологов в декабре 1915 г. Эта небольшая научная работа по актиномицетам стала основной темой его научных интересов на много лет вперед и, в конце концов, привела к главным открытиям Зельмана Ваксмана. В 1916 г. вышло в свет его первое научное издание по распределению плесневых грибов и актиномицетов в почве, и в этом же году он защитил магистерскую степень (Master’s Degree) по сельскому хозяйству в Рутгерском университете, где занял должность ассистента отдела биохимии почвы.
В 1918 г. З. Ваксман защитил докторскую степень (PhD) и получил звание профессора биохимии. 9 сентября 1925 г. его назначают адьюнкт-профессором, в 1931 г. – профессором микробиологии почвы, в 1934 г. – профессором микробиологии Рутгерского университета.
Занимаясь одновременно преподаванием, публикацией научных и популярных изданий, Ваксман продолжал исследования биохимии почвы, поиски различных микроорганизмов и доказательств взаимосвязей между ними, в частности актиномицетов и микроорганизмов, участвующих в процессах окисления серы. Открытая им в то время бацилла Thiobacillus thiooxidans оказалась в дальнейшем важнейшим достижением в создании стрептомицина.
Не предлагая никакой готовой доктрины, научная деятельность Ваксмана отличалась большой плодотворностью. В 1926 г. выходит его первая монография «Ферменты» (совместно с У. Дэвисоном). Книга «Основы микробиологии почвы» была издана в 1927 г. Многочисленные его работы публиковались в различных журналах, в том числе и советских. В 1932 г. на русский язык переведена работа З.А. Ваксмана и К.Р. Стивенса «Система приближенного химического анализа растительных веществ». З.А. Ваксманом написан фундаментальный труд по микробиологии почвы, который стал прекрасным руководством для микробиологов («Почва и микроб», совместно с Р. Старки). Книга «Гумус», переведенная на русский язык и изданная в СССР в 1938 г., пользовалась большим успехом у почвоведов и агрономов. В 1946 г. Академией наук СССР издаются лекции З.А. Ваксмана «Антибиотики, их природа, получение и применение», а в 1947 г. – монография «Антагонизм микробов и антибиотические вещества». Ваксманом также написана автобиографическая книга «Моя жизнь с микробами» (1954). Трехтомное издание «Актиномицеты» издается в 1959-1962 гг. В 1964 г. выходит книга «Война с туберкулезом».
Потребовалось много десятилетий для того, чтобы ассоциировать научные достижения и ошибки прошлого, чтобы в умы передовых ученых пришло осознание возможности развития антимикробной терапии. Революция, вызванная открытием стрептомицина, носила двоякий характер: более частный, касающийся эволюции мировоззрения ученых на антибиоз и антибактериальную терапию, и более широкий, относительно способа мышления ученых и врачей в целом.
Эволюцию мировоззрения мы можем проследить на примере научного поиска актиномицетов (лучистых грибков, микроорганизмов с чертами организации бактерий и простейших грибов), который был начат Гасперини, а продолжен в 1917-1918 гг. Грейг-Смитом. В 1924 г. С. Дат и А. Гратиа из культуральной жидкости Streptomyces albus получили актиномицетин, который оказывал литическое действие на живые и погибшие стафилококки [4].
Актиномицеты по сравнению с плесневыми грибами оказались более «богатыми» антибиотиками: из 1 000 видов актиномицетов около 40% выделяют различные антибиотики. Н.А. Красильников и А.И. Кореняко открыли новый антибиотик мицетин, синтезируемый грибком Actinomyces violaceus. Они же установили, что мицетин весьма устойчив и не разрушается при кипячении. Мицетин обладает выраженным действием по отношению к грамотрицательным микробам и умеренным – к грамположительным: он растворяет клетки бактерий, а их споры после обработки мицетином утрачивают способность прорастать [8, 9].
Отдельную главу в истории селекции антибиотиков можно отвести работам американского бактериолога-агронома Рене Дюбо (R. Dubos), который продолжил исследования крупнейшего русского микробиолога С.Н. Виноградского по изучению биоценозов почвы, бактерий, взаимополезных друг для друга и обеспечивающих плодородие почвы вследствие усвоения азота воздуха. В результате Дюбо выделил особую почвенную бактерию – Bacillus brevis (1939), которая способна убивать ряд гноеродных микробов путем выделения в окружающую среду особого антагонистического вещества. Это вещество (полипептид, содержащий так называемые неприродные аминокислоты – D-ряд) было выделено в чистом кристаллическом виде и названо на основе химической структуры тиротроцином. В дальнейшем для этого класса природных ингибиторов микроорганизмов З. Ваксман предложит термин «антибиотики», который используется и в настоящее время. Под этим термином ученый понимал органические соединения, продуцирующиеся микроорганизмами и способные в низких концентрациях избирательно подавлять жизнедеятельность или уничтожать другие виды микробов.
Правда, еще ранее, в 1934 г. Н.А. Красильников пришел к мысли о выделении из мицета рода Actinomyces активного противотуберкулезного вещества. Ему неоднократно удавалось выявить подобные вещества, но он не смог завершить свои открытия (отделить и очистить вещества, чтобы их можно было применять для лечения инфекционных заболеваний). В последующем, в 1950 г. Н.А. Красильников опубликовал монографию, обобщающую его большой опыт и наблюдения, в которой были отмечены актиномицеты, поражающие болезнетворные микробы. В основу систематики этих лучистых грибков он положил их способность вырабатывать антибиотики [9].
В 1935-1938 гг. советские ученые Ю.А. Бородулина и М.И. Назимовская установили, что в различных почвах часто встречаются актиномицеты (до 47 видов). Они выделяют антибиотические вещества, убивают ряд почвенных микробов, живущих «по соседству» с актиномицетами.
Эти научные завоевания были уточнены в 1941 г., так как американские ученые З. Ваксман и Г. Бойд-Вудруф сумели выделить из образца почвы два активных актиномицета. Из первого, названного ими Actinomyces antibioticus, они извлекли актиномицин; из второго (Actinomyces lavandulae) – получили стрептотрицин (название рода Actinomyces является синонимом названия Streptomyces). В следующем 1942 г. Ваксман и Вудруф установили, что актиномицин является эффективным антибиотиком по отношению к грамположительным бактериям (по отношению к которым активен и пенициллин), но оказывает слабое действие на грамотрицательные бактерии. Другими словами, актиномицин не обладал никакими преимуществами по сравнению с пенициллином, в том что касается спектра действия. Зато стрептотрицин обещал медицине многое: он подавлял рост как грамположительных, так и грамотрицательных бактерий [10]. Позднее З. Ваксман объяснял: «Я чувствовал по своему опыту, что грибы и актиномицеты могут быть значительно более эффективными источниками антибиотических средств, чем обычные бактерии».
Придя к выводу, что анализ влажных почв, навоза и речного ила является для микологов неисчерпаемым источником великих открытий, З. Ваксман продолжал изучать актиномицеты. С целеустремленностью и упорством, присущими Паулю Эрлиху, исследовательский коллектив, в который помимо З.А. Ваксмана входили доктора Альберт Шатц и Элизабет Бюги, продолжал поиски. Было исследовано свыше тысячи видов и штаммов актиномицет. Один вид почвенных микроорганизмов – одно вещество, другой – другое. Опыты на животных показали, что все они чрезвычайно токсичны. Только в 1942 г. в одном из видов лучистого грибка Actinomyces globisporus streptomycini было найдено неядовитое антибиотическое вещество, известное З.А. Ваксману еще с 1915 г. [11]. В литературе этот гриб иногда относят к виду Actinomyces griseus (стрептомицет). Эти штаммы и привлекли их особое внимание. Оказалось, что активные штаммы Actinomyces griseus уничтожают культуры туберкулезных палочек, выращенных на чашках Петри. В дальнейшем, после синтеза и экспериментальной проверки, выделенное вещество Ваксман вместе со своим сотрудником и учеником A. Шатцом назвал стрептомицином [12].
Перечисляя научные заслуги различных исследователей определенного направления, следует все же отметить, что «мужество солдата – явление совсем иной категории, чем мужество вождя». Качества, необходимые для того, чтобы стать «вождем», нашлись у Зельмана Абрахама Ваксмана (S.A. Waksman) – известного американского почвоведа, биохимика и микробиолога, профессора сельскохозяйственного колледжа Рутгерского университета в Нью-Брансуике, штат Нью-Джерси, США.
Он утверждал, что все патогенные бактерии тем или иным путем попадают в почву, и если человечество еще не погибло, то оно обязано этим антибиотическому действию микроорганизмов почвы, среди которых ведущее место принадлежит видам Streptomyces. Ваксман постоянно изучал малоизвестные актиномицеты, предполагая их участие в обеспечении плодородия почвы. С конца 30-х годов он начал исследовать новые свойства актиномицетов – их возможность синтезировать антибиотики [13].
Фундаментальные знания всех видов микроорганизмов, особенно актиномицетов, в совокупности с результатами исследований Рено Дюбо, позволили Ваксману создать чрезвычайно оригинальные и в то же время простые скрининговые методы исследования. Очевидно, что для того чтобы плодотворно исследовать, необходимо уметь правильно формулировать научные задачи. З. Ваксман умел задавать природе вопросы и постоянно искать ответ на них. «Если учесть период, в течение которого животные и растения существуют на нашей планете, и огромные количества патогенных микроорганизмов, которые, как следствие, должны были попасть в почву, приходится удивляться, что в последней находится так мало микроорганизмов, способных вызывать инфекционные заболевания у человека и животных» [14]. Провозгласив, наконец, вопрос: «Чем объяснить то, что туберкулезные палочки, содержащиеся в мокроте (и не только в мокроте) туберкулезного больного, погибают, когда они попадают в почву?» – он в дальнейшем провозгласил и другую задачу: «Не вырабатывает ли почва веществ, которые можно было бы использовать в борьбе с туберкулезом?» [15, 16]
Но вначале З. Ваксман, который никогда не имел дела ни с одним из возбудителей болезни, не помышлял об открытии средств против туберкулеза, решил проверить, действительно ли туберкулезные бациллы погибают в земле? Первая же лабораторная проверка подтвердила: да, это, безусловно, так. Покрытые землей культуры палочек Коха очень скоро исчезли – рассосались, как будто их и не было. Земля уничтожила их. Но Ваксман отлично понимал: не сама земля, а, должно быть, микробы, находящиеся в ней. Вопрос: какие именно? Спустя некоторое время (1932 г.) Американская национальная ассоциация по борьбе с туберкулезом обратилась к З. Ваксману с просьбой взяться за изучение процессов разрушения палочек туберкулеза в почве. Призрак первого туберкулостатического препарата, бродивший по всему миру, начал воплощаться в реальную действительность.
В 1943 г. в лаборатории З.А. Ваксмана из североамериканских почв было выделено несколько активных штаммов, образующих стрептомицин. В 1946 г. его получили в количестве 250 г, а в 1951 г. его продукция возросла до 2 000 г. Этот антибиотик оказался активным не только по отношению к грамположительным и грамотрицательным бактериям, но, что особенно важно, он обладал способностью подавлять жизнедеятельность микобактерий (в том числе возбудителей туберкулеза человека и животных) в большей степени, чем все до сих пор предложенные препараты. Вскоре после появления в печати работ З.А. Ваксмана, установившего, что стрептомицин является активным антибиотиком против микобактерий туберкулеза (in vitro), были опубликованы первые результаты испытания эффективности этого препарата при лечении экспериментального туберкулеза у морских свинок (W. Feldman, H.C. Hinshow) [17]. В дальнейшем эти же авторы доложили о результатах первых наблюдений успешного клинического применения стрептомицина при лечении туберкулеза у человека [18].
Патент на стрептомицин был справедливо назван среди «десяти патентов, которые сохранили мир», со времен создания патентной службы США (1823). Этот препарат в первые годы применения спасал обреченных на смерть больных туберкулезом, и благодаря ему были излечены сотни миллионов людей.
В 1952 г. З.А. Ваксману присуждают Нобелевскую премию. Во время торжественного вручения награды в Стокгольме в его адрес прозвучали слова признания: «Профессор Ваксман! Нобелевская премия присуждается за Ваше талантливое, систематическое и успешное изучение почвенных микроорганизмов, которое привело Вас к открытию стрептомицина, первого антибиотического препарата в борьбе против туберкулеза. Вы не физиолог, не врач, однако Ваше открытие чрезвычайно важно для прогресса медицины. Стрептомицин уже спас жизни тысячам людей. Мы, врачи, высоко оцениваем Вашу заслугу перед человечеством».
Можно было бы описать и другие детали этого открытия, другие оттенки ума, сильного и блестящего, но и так достаточно ясно раскрыт длинный жизненный путь от местечковой бедности в черте оседлости до тех целей, которые наметила передовая научная мысль. Безусловно, ученый, свершивший великое открытие в науке, как правило, отличается выдающимися личными качествами. Это, прежде всего, твердая решимость вести до конца борьбу против устаревших, подлежащих коренным изменениям представлений, бескомпромиссность в борьбе с ними, смелость и последовательность. При этом важной чертой таких ученых является их способность улавливать назревшую необходимость предстоящего решающего рывка науки вперед. Подобные назревшие в ходе научного движения проблемы, как говорят, витают в воздухе. Правда, не при любых условиях и не всякие ученые способны их воспринимать и отдавать все свои силы и знания на их решение. Кто и как сможет найти в себе способность выделить из эмпирического хаоса научной истории ее основные тенденции? Вполне естественно, таких ученых история изредка раскрывает.
Слава пришла к З.А. Ваксману в расцвете лет. О нем писали во всех газетах и журналах, его фотографии распространялись во всех магазинах. Он стал признанным и неоспоримым ученым во всем мире, которым могут гордиться современные и грядущие поколения. Но в нем не развивалось тщеславие и желание везде и всюду играть главную роль. Главное в другом: З.А. Ваксман оказался подлинным революционером в науке, так как обладал передовым научным мышлением, способностью ориентироваться не только в происходящих научных достижениях, но и ясно предвидеть их ближайшие и даже более отдаленные перспективы.
В заключение можно отметить, что, вступив на бесконечный путь познания, Зельман Абрахам Ваксман преодолел свой отрезок на колеснице славы: он удостаивался многочисленных почетных наград и званий, включающих избрание президентом Американского микробиологического сообщества; награжден орденом почетного легиона Франции и орденом Восходящего Солнца, который вручил ему император Японии. З. Ваксман внесен в список 100 выдающихся деятелей человечества и награжден медалью сельскохозяйственного сообщества в Нью-Джерси, Ласкеровской премией. Он организовал институт микробиологии при Рутгеровском университете, который в дальнейшем был назван его именем. В 1998 г. в Новой Прилуке в честь З. Ваксмана была названа улица. В апреле 2003 г. в Виннице создан Фонд имени З. Ваксмана.
Жизненный путь З.А. Ваксмана завершился 16 августа 1973 г. в возрасте 85 лет в Хайенисе (штат Масачусетс). Прах его захоронен на местном кладбище Вуд Холла рядом с могилами других знаменитых ученых. Тысячи поклонников, друзей и учеников проводили его в последний путь. Не стало выдающейся фигуры в науке. Поредели ряды славных ветеранов, стоявших у колыбели естествознания, биологии и доказательной медицины, но дело З. Ваксмана, спасшее жизни миллионам людей, будет вечно жить в сердцах человечества.

Литература
1. Советский энциклопедический словарь. – М.: Советская энциклопедия, 1979. – С. 1502.
2. Кучер В.О., Роговий О.І. Зельман Абрахам Ваксман. – Вінниця: ТОВ «ІТІ», 2003. – 96 с.
3. Пухлик Б.М., Кучер В.А. Открытие стрептомицина – историческая веха в химиотерапии туберкулёза (к 115-й годовщине со дня рождения Зельмана Абрахама Ваксмана)// Український хіміотерапевтичний журнал. – 2003. – № 2 (17). – С. 3-9.
4. Ходош Э.М. Очерки по клинической антибиотикотерапии: история, происхождение, природа и действие.– Х.: Майдан, 2003. – С. 130-135.
5. Кучер В.А. Зельман Абрахам Ваксман. Жизнь, вдохновение, слава. – Винница: Континент-Прим, 2005. – 388 с.: ил.
6. Ходош Э.М. Зельман Ваксман: от черты оседлости до открытия стрептомицина // Клиническая антибиотикотерапия. – 2005. – № 5. – С. 53-55.
7. Чекман І. С. «Україно, обітована земле мого серця!» Нобелевські лауреати – вихідці з України. // Вісн. НАН України. – 2006. – № 10. – С. 44-53.
8. Красильников Н.А., Кореняко А.И. Бактерицидное вещество актиномицетов // Микробиология. – 1939. – Т. 8. – С. 673-685.
9. Красильников Н.А. Актиномицеты-антагонисты и антибиотические вещества. – М.: Изд. АН СССР, 1950. – 75 с.
10. Waksman S.A., Woodrouff H.B. Streptothricin, a new selective bacteriostatic and bacteriacidal agent, particulary active against gram-negative bacteria. Proc. Soc. Exp. Biol. Med. 1942; 49: 207-210.
11. Waksman S.A., Curtis R. The actinomyces of the soil. Soil. Sci. 1916; 1: 99-134; 1918; 6: 309-319.
12. Schatz A., Waksman S.A. Effect of streptomycin and other antibiotic substances upon mycobacterium tuberculosis and related organisms. Proc. Soc. Exp. Biol. Med. 1944; 57: 244-248.
13. Ходош Э.М. Основоположники доказательной медицины (ученые, их жизнь, идеи и открытия в медицине и естествознании). – Х.: Майдан, 2007. – 214 с.
14. Waksman S.A. My Life with the Microbes. – New York: Simon & Schuster, 1954.
15. Ваксман З.А. Антибиотики, их природа, получение и применение: Пер. с англ. – М.: Изд-во АН СССР, 1946. – 109 с.
16. Ваксман З.А. Антагонизм микробов и антибиотические вещества: Пер. с англ. – М.: Изд-во иностр. лит., 1947. – 392 с.
17. Feldman W., Hinshaw H.C. Effects of streptomycin on experimental tuberculosis in guinea pigs:
a preliminary report. Proc. Staff Meet. Mayo Clinic. 1944; 19: 593-599.
18. Feldman W., Hinshaw H.C., Mann F.C. Streptomycin in experimental tuberculosis. Fmer. Rev. Tubercul. 1945; 52: 269-298.

Поделиться с друзьями:

Книги

сборник - Гиперчувствительность к лекарственным препаратам. Руководство для врачей
сборник - Спадкові захворювання шкіри
сборник - Герпесвірусні нейроінфекції  людини
сборник - Атлас: герпесвірусні нейроінфекцїї
сборник - Дитяча дерматовенерологія
сборник - Иммунодефицитные болезни человека
сборник - Хвороби шкіри жінок у віковому аспекті
сборник - Клиника, диагностика и лечение герпетических инфекций человека: руководство для врачей
сборник - Клиническая иммунология и аллергология