Разделы: Наука - практике |

Использование вакцин в лечении опухолевой болезни

В.С. Мосиенко, д.м.н., профессор, В.О. Шляховенко, д.м.н., профессор, Институт экспериментальной патологии, онкологии и радиобиологии им. Р.Е. Кавецкого НАН Украины, г. Киев

2_2.jpgИстория противоопухолевой вакцинации насчитывает более 100 лет с момента, когда американский хирург Coley с целью получения противоракового эффекта применил экстракт синегнойной палочки. Впоследствии для иммунотерапии онкологических больных (чаще при меланоме) долгое время использовали вакцину БЦЖ, затем С. parvum и др. Хотя БЦЖ применяют в онкологии до настоящего времени, она не оправдала возложенных на нее надежд. Сегодня в медицинскую практику вошли иммуномодуляторы различного происхождения, в том числе и полученный из Lac. delbrueckii отечественный препарат бластомунил, обладающий широким спектром иммунологического действия [16].
Отсутствие существенных успехов химио- и лучевой терапии опухолевой болезни в последние годы значительно повысило интерес исследователей к противоопухолевым вакцинам, которые широко разрабатывают в эксперименте и клинике [17]. Основная задача противоопухолевой вакцинотерапии – усиление иммунного ответа организма, направленного на распознавание и элиминацию раковых клеток. При этом предполагается создание в иммунокомпетентном организме активного специфического иммунитета с помощью введения иммуногенных опухолевых антигенов. Иммуногенными свойствами обладают белки, полипептиды, нуклеиновые кислоты, полисахариды и т.д. Для получения эффективного клеточного и гуморального ответа антигены должны быть генетически чужеродны. Опухолевые антигены, образующиеся внутри самого организма, не всегда таковыми являются. До сих пор остается неясным вопрос: распознает ли иммунная система ракового больного опухолеассоциированные антигены, если они генетически не чужеродны? Это и есть один из основных камней преткновения в конструировании эффективных противоопухолевых вакцин.

Опухолевые антигены
При злокачественной трансформации клеток их антигенный состав претерпевает ряд изменений [8]. В одних случаях антигены упрощаются и частично утрачивают свою иммуногенность, в других – происходит антигенная дивергенция, т.е. в опухоли появляются антигены, свойственные другой, нормальной ткани, не гомологичной изучаемой опухоли. Во многих случаях имеет место реверсия антигенов, характерных для эмбриональной ткани. Вместе с тем в процессе малигнизации опухоль может сохранять большинство антигенов, свойственных нормальной ткани, из которой она произошла. С целью идентификации опухолевых антигенов используют различные методы, в том числе жидкостную хроматографию, электрофорез в полиакриламидном геле, моноклональные антитела и методы генной инженерии. 
Предполагают, что большинство злокачественных опухолей имеют общие антигенные детерминанты, поэтому их можно применять для лечения разных новообразований. Однако в настоящее время определены десятки опухолеассоциированных антигенов, и число их постоянно увеличивается [19]. В работе И.А. Балдуевой приводятся данные об идентификации шести групп антигенов, связанных со злокачественными клетками: опухолевые, мутированные, немутированные, связанные с клональной перестройкой генов иммуноглобулинов, антигены вирусного происхождения и немутированные эмбриональные белки [2]. Логично, что при таком разнообразии антигенов в опухолях эффективность противоопухолевых вакцин будет неодинаковой, поэтому при создании вакцин с целью повышения активности иммунного ответа следует индивидуально учитывать особенности антигенов данной опухоли. 

Опухолевые клетки и иммунитет
Напомним, что иммунные реакции на чужеродные антигены происходят в организме при участии различных типов иммунокомпетентных клеток, таких как макрофаги, Т-хелперы, В-клетки и др.
Макрофаги поглощают, перерабатывают и экспрессируют антиген в иммуногенной, доступной для Т- и В-лимфоцитов форме. Т-хелперы после распознавания антигена начинают вырабатывать цитокины, обеспечивающие помощь В-клеткам. Последние, получив специфический стимул от антигена и неспецифический от Т-клеток, вступают в основной эффекторный процесс – продукцию антител. Прямое действие на чужеродные антигены без предварительной сенсибилизации оказывают естественные киллеры. 
Перечисленные механизмы иммунного надзора работают и при опухолевом процессе, однако в ряде случаев они оказываются неэффективными. Поликлональность злокачественной опухоли, ее способность в процессе роста изменять антигенный состав приводят к подавлению местных иммунных реакций множественными супрессорными факторами. Одними из основных причин нарушения распознавания опухолеассоциированных антигенов являются их маскировка, снижение концентрации и неспособность презентовать Т-клеткам опухолевые антигены в составе главного комплекса гистосовместимости [2].
Следует отметить, что большинство онкологов придают значение, в основном, клеточному звену иммунитета и в меньшей мере обращают внимание на гуморальный иммунитет [7].
По мнению А.Ю. Барышникова, контроль за ростом и регрессией злокачественных опухолей осуществляют Т-лимфоциты, в то же время противоопухолевые антитела блокируют опухолеассоциированные антигены, тем самым способствуют ускользанию злокачественных клеток из-под иммунологического надзора. Регулируют развитие гуморального и клеточного ответа Т-хелперы. После презентации опухолевых антигенов Т-хелперы 1 типа отвечают за развитие клеточного иммунитета, а Т-хелперы 2 типа индуцируют гуморальный иммунитет. В зависимости от того, какой тип Т-хелперов преобладает, злокачественные клетки будут убиты цитотоксическими Т-лимфоцитами или ускользнут от иммунного надзора. 
Двойственную роль антител в противоопухолевом иммунитете доказал Р.В. Петров, он установил, что в одних случаях они оказывают защитное действие, в других – содействуют прогрессивному росту злокачественных опухолей [14]. 
На наш взгляд, судьба опухоли и организма ее хозяина зависит в определенной степени от соотношения гуморального и клеточного иммунитетов, их активности в противоопухолевой защите.
2_3.jpgНе менее важно для реализации иммунного ответа состояние энергетического потенциала тканей организма. Известно, что все химические реакции, в том числе иммунологические, осуществляются только при наличии в живых клетках электрических и магнитных полей. Возможно, иммунные реакции на «свое» и «чужое» различаются и по параметрам электромагнитного излучения, т.е. по длине и частоте волны, поэтому могут быть новые подходы к интерпретации иммунного ответа и лечению раковых заболеваний на другом уровне, за счет усиления потенциала электромагнитного излучения или восстановления его равновесия в живых клетках.
Невозможность проявления действия иммунных механизмов на злокачественные клетки зависит также в значительной мере от зашлакованности основного вещества соединительной ткани организма с опухолью. В такой ткани раковые клетки беспрепятственно продолжают размножаться. О зашлакованности мезенхимы и ее роли в возникновении злокачественных опухолей много писали А.А. Богомолец, Р.Е. Кавецкий, Г. Реккевег и др.
Кроме того, толерантность организма к злокачественным опухолям может быть обусловлена исчезновением еще в эмбриогенезе клонов В-лимфоцитов, которые реагируют на злокачественную трансформацию клеток разных тканей организма. Нормальные клетки мутируют постоянно с момента рождения организма. Они изменяются на эпигеномном или геномном уровнях, в том числе в сторону злокачественности; саморегулирующий, самоподдерживающий и самовосстанавливающий многоклеточный организм для поддержания гомеостаза элиминирует эти измененные клетки на протяжении всей жизни. Такие механизмы закладывались, по-видимому, еще в филогенезе, чтобы уберечь каждый многоклеточный вид и жизнь отдельного организма от злокачественных мутационных изменений.
S.D. Kazmin и соавт. отмечают, что у взрослых мышей значительно возрастает толерантность к перевивке злокачественных опухолей, а также подавляется примерно на 50% выход индуцированных 20-метилхолантреном опухолей после вакцинации их гомогенатом опухолевых клеток на 1-3-и сутки после рождения [23]. Авторы доказывают, что основная причина низкой противоопухолевой устойчивости организма животных – малочисленность клона покоящихся клеток-предшественников цитотоксических лимфоцитов. Вакцинация новорожденных мышей как раз и приводит к увеличению числа покоящихся клеток нужного типа, чем и объясняется как повышение порога перевиваемости асцитных опухолей, так и усиление устойчивости к действию 20-метилхолантрена у взрослых животных. Иммунизация взрослых животных не приводила к такому эффекту.
Не исключено, что толерантность организма по отношению к возникновению и развитию злокачественных клеток вызывается сначала влиянием внешних факторов, нейрогормональными сдвигами, снижением продукции мелатонина, нарушением дыхания и окислительного фосфорилирования в клетках иммунной системы, которые обеспечивают саморегуляцию здорового организма, затем толерантность поддерживается и злокачественной опухолью, создавая «раковую диспозицию» в организме, которой придавал важное значение в своих работах академик Р.Е. Кавецкий.
Отсутствие чужеродных генных продуктов, местная изоляция антигенов опухоли от иммунной системы, генерализованная иммуносупрессия на поздних стадиях развития опухолевого заболевания, утрата опухолевыми клетками антигенов комплекса гистосовместимости I и II классов, необходимых для презентации опухолевых антигенов, препятствуют развитию иммунного ответа и не дают возможности организму отторгнуть злокачественную опухоль. По мнению многих исследователей, активация естественных защитных иммунных механизмов может произойти при введении вакцин, содержащих опухолеассоциированные антигены [4].

Эффективность вакцин: экспериментальные 
и клинические данные
По классификации В.М. Моисеенко, противоопухолевые вакцины делятся на аутологичные и аллогенные, полученные из раковых клеток, а также из белков теплового шока, ганглиозидов, синтетических пептидов, ДНК, рекомбинантных вирусов, и сконструированные на основе дендритных клеток [11].
Предпринято множество попыток использовать раковые клетки для построения вакцин против опухолей различных гистологических типов, локализаций и стадий заболевания, разные дозы антигенного материала, способы, режимы и схемы введения [15]. Вакцины создавали из живых модифицированных и немодифицированных опухолевых, дендритных, эмбриональных клеток, а также из убитых различными способами опухолевых клеток, их разных фрагментов, применяли вакцины отдельно или в комплексе с различными адъювантами [27]. Некоторые исследователи изготавливали поливалентные вакцины путем культивирования in vitro нескольких линий раковых клеток, в частности меланомы, которые вводили в дозе 20-40 мг белка в количестве от 6 до 18 инъекций на протяжении длительного периода и достигали у части больных лучшего эффекта, чем при традиционных методах лечения [30]. Большинство исследователей отмечают, что вакцины из раковых клеток обладают низкой иммуногенностью, что во многих случаях обусловливает незначительный противоопухолевый эффект [3, 4]. Наиболее перспективным считают изготовление вакцин из чистых антигенов: ганглиозидов, рекомбинантных белков, пептидов или моноклональных антител.
Прогресс в генной биотехнологии позволил разрабатывать генные противоопухолевые вакцины и другие биологически активные вещества [4, 25]. При генной терапии функционирующий ген или вирус вводят в клетку для исправления возникших нарушений или придания клеткам новых биологических свойств. Вводя рекомбинантный ген или вирусный вектор в делящиеся клетки, можно восстановить утраченный генетический материал, исправить дефектные гены или усилить активность нужного гена. Например, современные методы биотехнологии позволяют активировать гены-супрессоры злокачественного роста клеток, ускорить их апоптоз, повысить иммуногенность раковых антигенов, увеличить способность эффекторных клеток распознавать злокачественные, изменить или повысить их обменные процессы. Цель всех разработок в области генетической модификации злокачественных клеток – усилить Т-клеточные иммунные механизмы воздействия на опухолевые клетки. На наш взгляд, недостаточно внимания уделяют гуморальному иммунитету, который при опухолевом росте работает слабо или вовсе не работает. Возможно, в определенной мере этим и можно объяснить отсутствие эффективных результатов вакцинотерапии опухолевой болезни с помощью генных вакцин.
При конструировании генных препаратов исключительно важны вопросы доставки или векторности действующего начала и степени его эффективности. Разработки по генной терапии очень дорогостоящие, наиболее бурно они развиваются в ведущих лабораториях и клиниках США, Японии и развитых европейских стран [4].
Несмотря на многочисленные разработки по вакцинам, в том числе генным, использование противоопухолевых вакцин до сих пор не вышло за пределы лабораторных и клинических исследований, о чем свидетельствует большое количество ежегодных публикаций в мировой литературе. Вакцины, изготовленные по разным методикам, не излечивают онкологических больных, хотя в отдельных незапущенных случаях при комбинированном и комплексном лечении способны предупредить возникновение рецидивов и метастазов, задержать их рост и тем самым продлить жизнь пациентам. Какого-либо прогнозированного успеха в лечении вакцинами запущенных форм рака мы в доступной литературе не нашли. Не наблюдали успеха и при использовании в клинике при запущенных стадиях опухолевой болезни нашей противоопухолевой гликопептидной аутовакцины [17]. У 26 больных, которым при различных опухолевых заболеваниях провели несколько курсов противоопухолевой гликопептидной аутовакцины (патент Украины № 57608 от 16.06.2003 г.), иммунные показатели крови практически не изменялись или изменялись несущественно, что ставит под сомнение эффективность лечения злокачественных опухолей таким способом. 
При проведении вакцинотерапии злокачественных опухолей важно учитывать многообразие опухолеассоциированных антигенов, близость их к нормальным дифференцировочным антигенам, нечувствительность злокачественных клеток к эффекторным клеткам организма и т.д. Это объясняется тем, что против раковых клеток не срабатывают механизмы отторжения с участием комплекса гистосовместимости I и II классов, необходимого для их презентации. Большинство белков, экспрессируемых злокачественными клетками, близки или идентичны белкам нормальных клеток. Кроме того, опухолевые клетки могут быть устойчивы к действию цитотоксических цитокинов, выделяемых эффекторными клетками [10]. В связи с этим вакцинотерапия таких пациентов не вызывает полноценного иммунного ответа организма на рост злокачественной опухоли [13]. 
Для усиления действия противоопухолевых вакцин многие исследователи используют различные иммуногенные адъюванты, которые повышают иммунный ответ организма. Это – БЦЖ, лектины, липид А, мурамилдипептид, белки теплового шока, рекомбинантные векторы, CpG-ДНК и гликопептидные стенки бактерий, цитокины и другие конъюгаты, которые активируют разные механизмы иммунитета, прежде всего гуморального, за счет структурного и функционального изменения В-лимфоцитов, количества и активности антител, повышают доступ элементов иммунной системы к опухолевым клеткам, усиливают цитотоксичность Т-лимфоцитов, способствуют распознаванию антигенов злокачественных клеток [29].
Для усиления противоопухолевого ответа некоторые авторы используют белки теплового шока (Heat-shock proteins), они являются устойчивыми внутриклеточными молекулами с высокой иммуногенностью [20]. Не менее активно изучают ганглиозидные вакцины, на которые усиленно вырабатываются антитела [26]. Для получения клинически значимых результатов при вакцинотерапии, очевидно, необходимо использовать поливалентные вакцины на основе нескольких ганглиозидов.
Благодаря идентификации антигенов во многих злокачественных опухолях более быстрыми темпами проводятся разработки вакцин на основе пептидов [17]. В США пептидные вакцины широко используют при лечении меланомы. Конструирование вакцин на основе синтетических пептидов – один из перспективных подходов в иммунотерапии [28]. 
Опыт применения адъювантов в онкологии показывает, что некоторые из них эффективны при отдельных формах рака, например, БЦЖ при меланоме, раке мочевого пузыря; интерферон-α при миелолейкозе; левамизол в комбинации с 5-фторурацилом при раке толстой и прямой кишки и т.д. [22]. Эффективность вакцин можно повысить за счет гранулоцитарно-макрофагального колониестимулирующего фактора (ГМ-КСФ), стимулируя активность некоторых миелоидных клеток костного мозга, играющих ключевую роль в созревании и миграции антигенпрезентующих клеток, особенно дендритных [24].
Мы повышали противоопухолевую эффективность гликопептидной аутовакцины у больных с разной локализацией злокачественных опухолей с помощью иммуномудулятора бластомунила, полученного из стенок молочнокислых бактерий Lac. delbrueckii. При этом отмечали усиление клеточного и гуморального иммунного ответа и активности цитокинов [9].
При лечении опухолевой болезни вакцинами важным моментом является оптимизация доз, способов, схем и режимов введения. Одни авторы с увеличением доз получали усиленный иммунный ответ и соответственно противоопухолевый эффект, другие – с уменьшением доз имели более значимые результаты [2, 18]. Необходимо отметить, что способы и режимы введения вакцин настолько разные, что прийти к какому-нибудь оптимальному варианту пока не удается. Большинство исследователей предпочитают вводить вакцину многократно подкожно или внутрикожно с недельными перерывами при комбинированном или комплексном лечении опухолевой болезни.
В эксперименте при вакцинации гликопептидной аутовакциной мы использовали штаммы перевивных опухолей: саркомы 180, карциномы легких Льюис, меланомы В-16, карциномы Эрлиха, лимфолейкоза L1210, рабдомиосаркомы мышей, индуцированной 20-метилхолантреном. Вакцинация в сочетании с иммуномодулятором бластомунилом, ионами цинка, CpG-ДНК на 10-50% задерживала рост первичной опухоли по сравнению с контрольными животными, на 30-60% уменьшала процесс метастазирования и рост метастазов, удлиняла жизнь крыс. Чем выше была иммуногенность опухоли, тем лучше оказались результаты вакцинотерапии, о чем свидетельствовала задержка роста вакцинами индуцированных опухолей [17]. Эффективность нашей ауто- и аллогенной вакцины зависела от дозы, режима и способа ее введения, штаммов, используемых адъювантов, метода приготовления вакцин в условиях низких и высоких температур, примененных пролонгирующих средств и т.д. Однако полученные результаты были настолько неоднозначны, что сделать прагматичные выводы, установить предсказуемые закономерности пока не представляется возможным. В клинических условиях после получения разрешения МЗ Украины на клинические испытания гликопептидной вакцины прошло недостаточно времени, чтобы сделать определенные выводы. Можно с уверенностью сказать, что используемая нами аутовакцина безвредна, но малоэффективна при запущенных формах рака.
Меланома представляет одну из иммуногенных опухолей, при ее лечении вакциной удлинялись безрецидивный период и выживаемость больных на 50% [12]. Пациенты, которым проводили лечение вакциной, прожили до 30 месяцев, больные, лечившиеся традиционными методами, – 18. При этом не наблюдалось зависимости результатов лечения вакциной от тяжести состояния пациентов и показателей их иммунного статуса, хотя наилучший эффект отмечали у тех больных, которые реагировали на вакцинотерапию улучшением показателей и клеточного, и гуморального иммунитета.
N. Munoz et al. считают, что вакцинацию следует проводить с целью реабилитации в послеоперационном периоде для профилактики рецидивов и метастазов рака.
В лабораториях США и других ведущих стран мира проанализировано несколько тысяч онкологических больных, которым вводили вакцину при комбинированном лечении [4, 31]. Однако из-за многообразия вакцин, сложности применяемых схем, доз, режимов их введения положительно оценить эффективность вакцинотерапии рака, как метода лечения, не удалось. Был сделан вывод о том, что в настоящее время нет фундаментальных основ для конструирования эффективных противоопухолевых вакцин. Отсутствуют также четкие принципы специфической иммунизации, как средства терапии рака, клинические показания и противопоказания для применения вакцин в онкологической практике. До сих пор не разработаны методы быстрого определения иммуногенности опухолевых клеток, не найдены достаточно эффективные способы повышения антигенности вакцин. Высокоиммуногенные антигены (специфичные для аутологичной опухоли) должны отторгать ее, элиминировать злокачественные клетки даже тогда, когда опухоль достаточно большого размера. А этого как раз и не происходит, мы не отмечали противоопухолевого эффекта вакцинотерапии при раке яичников, желудочно-кишечного тракта и легких в запущенных случаях. Безуспешность вакцинотерапии на поздних стадиях заболевания отмечали и другие исследователи. В то же время некоторые ученые наблюдали спонтанное рассасывание опухолей, периодические ремиссии различных форм и стадий рака и даже полное выздоровление после иммунизации [21]. Если человеческий организм рассматривать как уникальную саморегулирующую систему, то, возможно, аутологичные полипотентные вакцины в комплексном лечении могут быть тем важным фактором, который запустит механизмы самовосстановления, т.е. выздоровления больного, или переведет заболевание в хроническую форму (самоподдерживающее состояние). Безуспешное лечение онкологических пациентов вакцинами связано в основном с неполноценным иммунным ответом, особенно на поздних стадиях заболевания или при поражении опухолевым процессом иммунной системы, известно, что многие больные раком имеют приобретенный или врожденный иммунодефицит.
Таким образом, на основании литературных данных, собственного опыта при работе с гликопептидной ауто- и аллогенной вакциной в эксперименте и клинике, а также анализа иммунологических механизмов действия или бездействия противоопухолевой вакцины и организма мы полагаем, что до тех пор, пока не будут получены ответы на вопрос, почему при опухолевом заболевании не работают полноценно два звена иммунитета – клеточный и гуморальный, пока не будет изучена роль главного комплекса гистосовместимости, добиться существенного успеха в биологической терапии и лечении вакцинами опухолевой болезни проблематично.
Успехи в области молекулярной биологии и применения новых биотехнологий в современной науке позволили разработать многочисленные подходы и методы создания вакцин. Развитие конструирования противоопухолевых вакцин, как метода лечени опухолевой болезни, будет зависеть от их клинической эффективности, отсутствия риска осложнений, возможности прогнозированного выживания, адекватной и доступной стоимости лечения.
Поскольку существенная роль системы иммунитета в борьбе со злокачественными заболеваниями не вызывает сомнений, то, на наш взгляд, с помощью холистических приемов интегральной терапии в больном организме необходимо создать такие условия, когда иммунитет заработает на полную мощь, элиминируя злокачественные клетки, разрушая опухолевые зачатки и даже отторгая злокачественные опухоли. Для этого необходимо новое мышление, новые гипотезы и подходы, а также материальные ресурсы, чтобы эффективно в эксперименте и клинике решать эту сложную для человечества проблему.

Авторы благодарят кандидата медицинских наук М.Д. Мосиенко за консультативную помощь в подготовке статьи.

Литература
1. Акпорайе Э., Херш И.М. Иммунные адъюванты. В кн.: Биологические методы лечения онкологических заболеваний / Под ред. Т. де Вита и соавт. М., Медицина, 2002, с. 652-666. 
2. Балдуева И.А. Противоопухолевые вакцины // Практическая онкология. – 2003. – № 3-4. – С. 157-166.
3. Бережная Н.М., Чехун В.Ф. Иммунология злокачественного роста. К., Наукова думка, 2005, 791 с.
4. Биологические методы лечения онкологических заболеваний / Под ред. Т. де Вита, С. Хеллмана, С.А. Розенберга. М., Медицина, 2002, 918 с.
5. Бургасов П.Н., Румянцев С.Н. Антимикробный конституциональный иммунитет. М., Медицина, 1985, 255 с.
6. Быстрин Ж.К., Оратц Р., Шапиро Р.Л. Вакцины из частично очищенных опухолевых антигенов / Под ред. Т. де Вита и соавт. М., Медицина, 2002, с. 687-699.
7. Галактионов В.Г. Генетический контроль взаимодействия иммунокомпетентных клеток // Соросовский образовательный журнал. – 2005. – № 12 (27). – С. 1-6.
8. Дея Ю. Иммунохимия рака. М., Мир, 1966, 463 с.
9. Затула Д.Г. Микроорганизмы, рак и противоопухолевый иммунитет. К., Наукова думка, 1985, 248 с.
10. Киселев Ф.Л. Современная генная терапия: Что это такое и каковы ее перспективы? // Практическая онкология. – 2003. – № 4. – С. 27.
11. Моисеенко В.М. Возможности вакцинотерапии меланомы кожи // Практическая онкология. – 2001. – № 4 (8). – С. 58-64.
12. Моисеенко В.М. Возможности вакцинотерапии меланомы кожи // Российский онкологический журнал, 2005, № 2, с. 52- 56.
13. Новиков В.И., Карандашов В.И., Сидорович И.Г. Иммунотерапия при злокачественных новообразованиях. М., Медицина, 2002, 160 с.
14. Петров Р.В. Иммунология. М., Медицина, 1987, 415 с. 
15. Потебня Г.П. Розробка та підвищення ефективності протипухлинних аутовакцин, виготовлених на ocновi продуктів синтезу B. subtilis. Автореф. док. дисертації К., 2003, 39 с.
16. Спіженко Ю., Mociєнко В., Mociєнко M. i співавт. Місце імуномодулювальної терапії в комплексному лікуванні пухлинної хвороби та інших захворювань // Ліки України. – 2005. – № 3. – С. 80-85.
17. Шляховенко В.О., Mociєнко B.C., Козак В.В. i співавт. Протипухлинна аутовакцина на ocнoвi глікопептидів пухлинних клітин // Онкологія. – 2004. – № 6. – С. 180-184.
18. Яффе Э.М., Пардолл Д.М., Гурвиц Г. Генетическая модификация опухолей. В кн.: Биологические методы лечения онкологических заболеваний / Под ред. Т. де Вита. М., Имидис. 2002. с. 798-808.
19. Brodsky F.M., Guagliardi L.E. The cell biology of antigen procesing and presentation // Ann Rev Immunol. – 1991. – 9. – P. 707-744. 
20. Castollic et al. Heat schock proteins: biological functions and clinical application as personalized vaccines for human cancer // Cancer immun. and immunother. – 2004. – Vol. 53, 3. – P. 227-230.
21.Gromet M.A., Epstein W.L., Blois V.S. The regression thin melanoma. A’distinetive Lesion with metastatic potential // Cancer. – 1978. – Vol. 2. – P. 2282-2292. 
22. Gjersten M.K., Buanes Т., Rosseland A.R. et al. Intradermal ras peptide vaccination with granulocyte – macrophage colony stimulating factor as adjuvant clinical and immunological responses in patients with pancreatic adenocarcinoma // Ins J Cancer. – 2001. – Vol. 92. – P. 441-450.
23. Kazmin S.D., Todor I.N., Chekhun V.F. Antitumor Resistance Activation in Mice: Can the immunological Memory Cells Enhance Resistance ? // J Exp Clinic Cancer Res. – 2005. – 24, 4. – P. 585-593.
24. MacLean G.D., Reddish M., Koganty R.R. et al. Immunization of breast cancer patients using a syntethetic sialyl-Tn-glycocon-sugate pluss. Detox adjuvant // Cancer Immunol Immunoth. – 1993. – 36. –P. 215-222.
25. Talmadge J.E. Gene therapy of cancer – 12th Conference, Drugs. – 2004. – 7, 2. – P. 100-104.
26. Tai Т., Cahan L.D., Tsucbida T. et al. Immunogenecity of melanoma-associated gangliosides in cancer patients // Inst J Cancer. – 1985. – Vol. 35. – P. 607-612.
27. Parmiani G., Pilla L., Castelli С. Vaccination of patients with solid tumors // Ann Oncol. – 2003. – 418. – P. 817-824.
28. Parmiani G., Castelli. C. Dalerba P. et al. Cancer immunotherapy with peptide-based vaccines: What have we achieved? Where are we going? // J Nat Cancer Inst. – 2002. – 94. – P. 805-818.
29. Restifo N.P., Minev B.R., Taggarge A.S. et al. Enhancing the recognition of tumor associated antigens // Folia Biol (Praha). – 1994. – 40. – P. 1-15.
30. Rosenberg S.A. Progress in human tumour immunology and immunotherapy // Nature. – 2001. – Vol. 411. – P. 380-384.
31. Sabel M.S., Nehs M.A. Immunologic approaches to breast cancer treatment // Surg Oncol Clin NAm. – 2005. – 14. – P. 1-31.

Поделиться с друзьями:

Книги

сборник - Гиперчувствительность к лекарственным препаратам. Руководство для врачей
сборник - Спадкові захворювання шкіри
сборник - Герпесвірусні нейроінфекції  людини
сборник - Атлас: герпесвірусні нейроінфекцїї
сборник - Дитяча дерматовенерологія
сборник - Иммунодефицитные болезни человека
сборник - Хвороби шкіри жінок у віковому аспекті
сборник - Клиника, диагностика и лечение герпетических инфекций человека: руководство для врачей
сборник - Клиническая иммунология и аллергология